©Симург 2014. Шах Дани

Глава 1. День рождения и заветные мечты

Клянусь Летящей звездой Барнарда, это было самое удивительное и волшебное путешествие за последние сто лет! В архиве Межгалактической Академии Сказочных Наук (сокращённо – МАСН), где хранятся отчеты обо всех сказочных приключениях, есть множество историй, в которых героям довелось побывать в одном или нескольких волшебных мирах. Но чтобы пройти-пролететь-проплыть двенадцать королевств всего за два дня – такого ещё не бывало!*

Долгое время эта история пылилась на полке. Лежала среди прочих, в толстой картонной папке, перевязанной шёлковыми тесёмочками, под грифом «совершенно сказочно, не подлежит разглашению». Дело в том, что каждая сказка должна созреть, каждая волшебная повесть обязана дождаться своего часа. **
Но вот, наконец, волшебные часы пробили своё «динь-дили-дон!», шёлковые тесёмочки развязались, и надпись на папке чудесным образом сменилась на «совершенно сказочно, рекомендовано к принудительному разглашению». Теперь уже ни один сказочник не имеет права умалчивать об удивительных приключениях Камиллы в Стране Мерцающих Путей!
Только прошу тебя, дорогой читатель, не будь слишком суров, ведь это первая волшебная история, которую мне, начинающему сотруднику Архива, поручили поведать миру. Я не писатель и не художник, но постараюсь не обмануть доверие Академии и приложу максимум усилий, чтобы изложить повесть честно и обстоятельно, а персонажи изобразить правдоподобно, как это сделано в настоящей "Шкатулке для Солнечных Зайчиков".

***

*- Если вам известно о подобной истории, пожалуйста, напишите нам подробнейшим образом и отправьте заказным письмом по адресу: Гималаи; Третья Гора к Востоку от Севера; Архив МАСН. Мы изучим материал, проверим достоверность сведений и приобщим вашу сказочную повесть к нашему архиву, о чём вы будете уведомлены Ласточкиной Почтой. Предупреждение: рукописи не редактируются и не возвращаются. Заранее благодарим за понимание и сотрудничество! Коллектив архива Сказочной Академии.

** - иногда защитная система МАСН даёт сбой, и происходит утечка информации, так произошло и с этой сказкой. Около двух сотен книг преждевременно оказалось в мире, не пройдя процедуру утверждения Литературного Отдела и Технической Службы Академии. Они так изобилуют Солнечными Зайчиками, что это сделало книгу слишком тяжёлой и не видимой для контрольных систем Сказочного Бюро.



Дом притих, утомлённый шумным весельем. Весь день его сотрясали детский смех, топот маленьких ног, вихрем проносившийся из комнаты в комнату, музыка и звон посуды. А временами дом ещё и испуганно вздрагивал от грохота лопнувшего воздушного шарика (всегда найдётся среди гостей какой-нибудь мальчишка, а то и девочка, которые так и норовят изничтожить ваши воздушные шары!).

Но вот гости разошлись, и наступила будничная тишина. Даже звон посуды больше не доносится из кухни. Дом окутал вечер. Самый обыкновенный вечер.

То есть, какой же он самый обыкновенный, если день-рожденьческий, спросите вы и будете совершенно правы. День-то праздничный — с подарками, сюрпризами, воздушными шарами и вкусными угощениями. А самое главное, с именинным тортом, над которым пляшут огоньки свечей. Загадал желание и кааак… фффууу, на одном дыхании, чтобы погасли все свечи разом. Ведь непременно надо погасить все разом, а то желание не сбудется!

Всё так, день рождения полон звонких голосов и шумного веселья, которое, кажется, оно никогда не закончится. Но вот гости расходятся, и на дом опускается тишина. Что остаётся от волшебного дня?

Притихший вечер. Самый обыкновенный вечер, как все прочие вечера, когда после долгих уговоров и бессмысленных протестов, ты смиренно отправляешься спать.

Смиренно?   
Ну уж нет!
– Это несправедливо! – возмущённо заявила Камилла, скрестив руки на груди. – Почему празднуют только ДЕНЬ рождения? Надо, чтобы праздновали и вечер рождения, и ночь!
К сожалению, с ней некому было согласиться. Впрочем, и возразить тоже было некому. Любимый плюшевый медвежонок Бернард, как всегда хранит молчание, а мама только что вышла из комнаты, и её шаги постепенно затихают в длинном коридоре. Она заходила, чтобы зажечь свечку на дольке именинного торта. Мама поставила тарелочку на столик и надеется, что дочка быстрее уснёт, глядя на маленькое пламя.

Как бы ни так!

Взбунтовалась дочка!

Этот пляшущий огонёк ещё сильнее раздувает костёр её любопытства и нетерпения. Ведь огонёк напоминает Камилле о самом главном! О СОКРОВЕННОМ!
– Я с первого раза задула все семь свечей, значит сбудется! Не может не сбыться!
Она села в кровати, обхватив колени руками и, погрустнев, сказала:
– Хотя, конечно, у меня нет веснушек... и я не рыжая... и у меня всё обыкновенно... и сама я обыкновенная... – она тяжко вздохнула и выдала с тоской: – Ничего экстраординарного.
Папа иногда говорит это слово в завершении бесплотных попыток объяснить, как работает то или это, и почему светит солнце, и зачем звёзды, и отчего ветер, и откуда река, и куда идёт дождь, и как устроена зима, и зачем всё. Вот Камилла и запомнила сложное словечко, пригодится в путешествии. Помнится, Алиса, та, которой повезло аж два раза попасть в сказочную страну, частенько использовала всякие мудрёные слова. Может быть, и мне это поможет, несмотря на то, что я обыкновенная, простодушно думает Камилла. 
В общем-то, она действительно самый обыкновенный ребёнок (что по сказочным меркам определение как раз-таки весьма почётное и подразумевает наличие самых что ни на есть экстраординарных и волшебных способностей). Но Камилла действительно не рыжая. И веснушками природа её не одарила. Глаза у Камиллы карие, волосы каштановые. Зато характер невероятно озорной и весёлый. Она очень любит сочинять загадки и задавать вопросы. А смеётся Камилла так задорно и заразительно! Не было случая, чтобы, услышав её искристый смех, окружающие не заулыбались бы, а то и не начали бы сами смеяться. А ещё, я уверен, додумайся кто-нибудь во Вселенной провести конкурс мечтателей, Камилла вышла бы абсолютным победителем!
Впрочем, её Заветное Желание № 1 было вполне земным и понятным.
Вы ведь знаете, как непросто в наше время раздобыть себе родного братика или сестричку? В прежние времена детям морочили голову небылицами про аистов и капусту. И доверчивые малыши задирали носики к небу в ожидании большой белой птицы с накрахмаленным кружевным конвертом из одеяльца. А детишки постарше с усердием пропалывали бабушкины грядки в надежде отыскать братика под листом лопуха или в кочане капусты.
Но Камилла – современный ребёнок. Она знает, что дети не растут в огородах, и их нельзя купить в магазине. Просить братика у Деда Мороза тоже бесполезно. Все знают, сколько у него хлопот на Рождество. И к феям обращаться бессмысленно. Это раньше они попадались на каждом шагу. Ну, лет пятьдесят или сто назад. А сейчас их днём с огнём не сыскать, уж поверьте!
– Но если ПРАВИЛЬНО загадать заветное желание, оно обязательно сбудется! – справедливо считала Камилла.
И в прошлый день рождения загадала по всем правилам.
Однако, время шло, а братик всё не появлялся, и сестричка тоже. Только сегодня утром, когда она уже почти разуверилась в чудодейственной силе заветных желаний (дело было где-то между вторым и третьим сырником, перед кружкой горячего какао) папа с мамой торжественно сообщили ей, что уже весной у неё появится свой собственный, родной, совсем маленький братишка!
О, это был самый лучший подарок за всю её жизнь!
А кроме того, это означало, что ОНО работает. И стало быть, пришло время для Заветного Желания №2.
Поэтому сегодня, задувая свечи на долгожданном торте с шоколадной глазурью, дольками клубники и белоснежными пирамидками безе, Камилла задержала дыхание, крепко зажмурилась и прошептала:

– Я хочу попасть в сказку!
Разумеется, она прошептала это про себя. Кто же в столь солидном возрасте мечтает о сказках и грезит о чудесах? Как-никак, семь лет!
– Через год дорога в сказку для меня будет уже закрыта! - с тревогой произнесла она, сидя в кровати. - Взрослых ведь в сказки не пускают!
В общем-то, Камилла права. Хотя, бывают и исключения (но чур, я вам этого не говорил!).
Тс-с-с... слышите?
В гостиной. Цзыньк! Словно кто-то провернул невидимый ключик в замке. Это заработал музыкальный механизм в старинных часах с боем. Нет-нет, они никого не бьют! Боем называется мелодичный звон курантов. Каждые шестьдесят минут куранты сообщают, который сейчас час, отзванивая громкое "Боммм! Боммм! Боммм" (чтобы люди помнили и ценили каждый час своей драгоценной жизни). А каждые полчаса распевают задумчивое "Динь-дили-дон" (чтобы люди замирали хоть на миг, прервав свои бесконечные хлопоты, и задумались о скоротечности Времени).
Слышите?
Динь-Дили-Дон!
пропели часы на этот раз и продолжили хладнокровно отстукивать
«тик-так,
тик-так,
тик-так».
Поразительное самообладание! День рождения вот-вот завершится, а они, знай себе, тикают, будто и не ведают, что СКАЗКА на пороге! Как это "откуда им знать?" Кому же знать, как не им? Часы-то волшебные! Камилла давно об этом подозревает. И очень скоро ей предстоит в этом убедиться.
Она с грозным укором посмотрела на огонёк свечи.
Пляшет огонёк, дразнится, издевается, наверное.
А может, наоборот? Призывает, манит, предвосхищает? 
– Я знаю, в этот раз сказку не придётся ждать целый год, – уверенно сказала девочка и испуганно оглядела себя. – Ой, вдруг сказка начнётся совсем скоро? А я в пижаме! Куда это годится?
И она выбралась из кровати и принялась переодеваться, приговаривая:
– К сказке нужно быть готовым всегда. Никогда не знаешь, в какой момент могут начаться чудеса!
Скажу вам как эксперт, уважаемые читатели, в этом Камилла совершенно права.
Что? Вы спрашиваете, откуда она знает, что сказка уже на пороге? Как раз с этой наиважнейшей информации я и собираюсь начать следующую главу. Пойдёмте же скорее! Мы и так слишком задержались. Совсем скоро мама заглянет, чтобы потушить свечу и проверить, спит ли дочка. Нам надо успеть. Скорее!


Глава 2. Сказочное чутьё и небесная битва

Вы помните, что звание ОБЫКНОВЕННЫЙ РЕБЁНОК по сказочным меркам весьма почётное и уважительное? А всё потому, что у каждого малыша отлично развито ЧУВСТВО ВОЛШЕБНОГО. Это такое удивительное чутьё, когда точно знаешь, что скоро непременно произойдёт что-нибудь невообразимо-прекрасное и невероятно-потрясающее, одним словом, СКАЗОЧНОЕ! 

С возрастом у большинства людей это чувство исчезает, гаснет. Хотя некоторых оно не покидает до конца жизни. Такие чудесники становятся НЕОБЫКНОВЕННЫМИ ВЗРОСЛЫМИ. Они продолжают верить в сказки, и сами могут творить настоящие чудеса! Встречаются, правда, и такие дети, которым ЧУВСТВО ВОЛШЕБНОГО словно никогда и не было знакомо. К счастью, наша Камилла не такая. Чувство ВОЛШЕБНОГО развито у неё невероятно сильно. И сейчас оно подсказывает ей, что...

– Чудеса могут начаться в любую минуту!
 

«Ти-линь-тинь-динь-тинь-тинь!»

– пропели часы новую, незнакомую Камилле, мелодию, словно подтверждая её слова.

Эти часы и раньше казались Камилле какими-то... волшебными. Они принадлежали ещё прадедушке Камиллы. Высокий лакированный корпус по бокам украшают резные виноградные гроздья. За стеклянной дверцей покачивается широкий диск маятника. За ним на длинных цепочках висят два латунных цилиндра – гири. Раз в неделю папа поднимает гири, подтягивая цепочки (это необходимо делать, чтобы механизм часов не останавливался), и Камилле кажется, что в этот миг часы задерживают дыхание. Будто замирают, раздумывая, идти им дальше или не идти. К счастью, всякий раз, когда папа отнимает руки от цепи, часы неслышно выдыхают и продолжают мерно отстукивать секунды, а маятник – раскачиваться.
Порой девочке кажется, что её папа управляет Временем. Конечно же, это не так, и папа однажды попытался объяснить ей, как гири силой тяжести заставляют двигаться все эти шестерёнки и колёсики, которые скрываются за циферблатом. Но Камилла принялась задавать столько вопросов! В самом деле, почему маятник двигается так быстро, а стрелки – так медленно? А если подтягивать гири чаще? Или реже? Или не подтягивать их вовсе? А если повесить вместо них, к примеру, тыкву? Или кашпо? Или гамак? Или просто повиснуть на них, как будто ты сам – гиря? Или кашпо. Или тыква. Или гамак.
В общем, папа быстро сдался, пробормотал
– Это слишком сложно...
...и бросил затею с объяснениями. Тем самым лишь ещё сильнее укрепил подозрения Камиллы в том, что часы ВОЛШЕБНЫЕ!

"Тинь-динь!

Тинь-динь!"

Снова тревожно пропели часы, хотя им явно рановато было  распеваться.

Но Камиллу подгонять не надо. Она уже во всеоружии. Пижаму сменило любимое платьице с двумя кармашками. На ногах синие туфельки с тонкими ремешками и маленькими металлическими застёжками. Носочки с кружевными оборочками. Волосы она прихватила маленькими жёлтыми заколками. Сказочное обмундирование довершил Бернард. Он разместился в кармашке (да, он именно настолько крохотный, не больше дюйма ростом, но он очень славный плюшевый медвежонок, вот увидите!).

И тут за окном прозвучала дивная музыка, и улицу озарило яркое сияние. На небе стало происходить нечто потрясающе-невообразимое! Камилла подбежала к окну и прильнула лицом к стеклу. Звёзды на левой половине неба слетелись друг к дружке и вытянулись в форме Золотого Дракона. Глаза Дракона сверкнули изумрудным огнём. Золотая шкура блестела гладкими выпуклыми чешуйками. Дракон мерцал, словно усыпанный алмазами.
– Чудеса! – потрясённо ахнула Камилла.
На другой половине неба звёзды  испуганно отпрянули – они освобождали место дымчатой мгле. Та сгущалась, стягивалась чернильными клубами, превращаясь в ужасного Чёрного Змея.
– Он словно слеплен из грязи, – поморщилась девочка. 
Змей бросился на Дракона, завязалась битва!
– О нет, –
огорчённо воскликнула девочка, наблюдая, как Дракон с трудом отбивает атаку.  – Я же хотела добрую сказку, весёлую. 

В честном сражении Змею ни по чём бы не победить Дракона. Но он не гнушался нападать исподтишка, возникал из мрака, набрасывался из-за спины.

 Я вовсе не такую сказку просила!   – чуть не со слезами на глазах проговорила Камилла.  – Я хотела добрую, с весёлыми приключениями. А тут… ну что же ты, Дракон? Не сдавайся!

Изворотливый Змей стегнул хвостом по звёздному телу, и Дракон в прямом смысле слова потерял форму, превратившись в светящийся шар. Змей ещё раз взмахнул хвостом и ударил им по шару, словно теннисной ракеткой по мячику. Тот отскочил, и направился прямиком… к Камилле.

 Он летит прямо на нас!  вскрикнула девочка и отбежала к кровати, юркнув под одеяло.

По странному стечению обстоятельств именно в эту минуту в комнату вошла мама, чтобы задуть свечу и забрать тарелку с кусочком торта. 

Ещё более загадочным представляется то, что никакого Змея, Дракона или золотого шара, в который он превратился, мама за окном не увидела. До сих пор остаётся неизвестным, каким образом они беззвучно исчезли, и куда они подевались. Хотя, с одним из них мы ещё встретимся. 

 – Дзззынь! Дзызынь! – прозвучало в комнате, когда в коридоре затихли мамины шаги.
Камилла высунула нос из-под одеяла. Маленький красноватый огонёк купался в пламени догорающей свечи. Да-да, хоть мама и унесла торт, его точная прозрачная копия светилась посреди комнаты на светящейся тарелочке. Огонёк кувыркался над прозрачным безе, танцевал, выписывая пируэты вокруг прозрачной тарелки, призывно подпрыгивал. Он будто бы приглашал Камиллу следовать за ним.
– Чудеса... – ошеломлённо прошептала девочка, проведя рукой сквозь прозрачный бисквит с кремом.

Торт-привидение лишь чуть покачнулся, как прозрачное радужное желе.

– Чудеса...  – в третий раз произнесла девочка.
Она глянула в окно. Ни Дракона, ни Змея. Чем закончилась битва, не понять. Да и была ли битва? Звёзды ровно сияли, небо дышало спокойствием. Вдалеке мигал красноватыми огоньками самолёт, медленно проплывая над мирно спящим городом. К Камилле тоже подлетел красноватый огонёк. Он закружился вокруг головы, остановился перед лицом и пронзительно прозвенел:
– Дзиииинь! Тинь-тили-динь! Тинь-тили-динь!
На Звёздной азбуке Морзе это означает "Я Летящая! Я Летящая! Летящая звезда Барнарда!"

Глава 3. Летящая Звезда и чудесная лесенка

Известно ли вам, ребята, что каждая звезда на небосклоне имеет свой путь? Стоит ей хоть чуточку отклониться от курса, как учёные-астрономы сразу принимаются чертить схемы и формулы, составлять научные доклады и статьи. Потом они долго совещаются и, наконец, дают новому явлению какое-нибудь имя, а иногда и фамилию.
Самую неугомонную звёздочку, которая просто не может усидеть на месте, астрономы прозвали – Летящей. А в честь учёного, который её открыл (этого почтенного джентльмена звали Эдвард Эмерсон Барнард), дали ей имя. И теперь звёздочку так и зовут – Летящая Звезда Барнарда.
Любой астроном на вопрос, какая звезда является на небе самой подвижной, несомненно ответит, что это
Летящая звезда Барнарда
из созвездия Змееносец,
одна из ближайших к Земле звёзд,
из отряда красных карликов.

Нет-нет, это никакое не обзывательство, а строго научное и весьма уважительное определение. Да в любом учебнике по астрономии об этом написано!
Разумеется, Камилла астрономических справочников не читала. А если бы и читала, всё равно не смогла бы понять, о чём поёт красноватый огонёк (до сих пор не создано ни одного звёздно-человеческого разговорника или хотя бы словаря). Девочка хлопнула в ладоши и восторженно ахнула.
– Чудеса...
Огонёк брызнул тучкой горящих искр и ринулся к двери. На короткое время он застыл у замочной скважины, а затем требовательно звянькнул, кувыркнулся и шмыгнул в отверстие для ключа.
– Куда? – возмутилась девочка.
«Тинь-ли-тинь!» донеслось из коридора, что означало «следуй за мной!». Тут и перевода не нужно. Камилла и так отправилась бы следом. Огонёк подсвечивал ей дорогу. В гостиной он замер перед часами.
– Ти-ли-лиииииииинь! – сообщил он и принялся носиться вокруг них, тычась то в стекло дверцы, то в циферблат, а затем пытаясь протиснуться в щёлочку между дверцей и корпусом. У него ничего не получалось, и огонёк принялся биться о стекло.
– Тише, тише! – взмолилась девочка. – Сейчас, подожди...
Разумеется, Камилла помнила, что ей не разрешается открывать часы. Но Чувство Волшебного подсказывало, что огоньку надо помочь. Она подняла крючок и распахнула стеклянную дверцу. Огонёк проскользнул внутрь. В тот же миг в корпусе часов всё исчезло:
маятник, гири, цепи, деревянные стенки корпуса – всё-всё растворилось в туманной мгле.
– Быстрее, сюда! – прогремело из темноты. – Я нашёл Коридор Времени!
Мгла тут же рассеялась, и оказалось, что из часов вниз тянется узкая каменная лесенка. И там, внизу светлеет приоткрытая дверца.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


Раздался щелчок! Длинная стрелка на циферблате примкнула к короткой. Куранты приготовились петь, но вместо этого в темноте коридорчика прогремел низкий голос:
– Кама-мил-ла! 
Голос звучал из-за дверцы в конце лестницы. Камиллу немного огорчило, что её имя произносили запинаясь, но...
– Барнарда, скорее! – позвал голос. –  С двенадцатым ударом Коридор Времени закроется!
– Зато твоё имя произнесли без запинки! – радостно сказала Камилла медвежонку и...
шагнула в часы.
Куранты сразу запели:
– Боооом! Боооом!
Над Камиллой вспыхнул гигантский светящийся циферблат с изображением звёздного неба. Вместо стрелок по нему катилась золотая дужка с поперечными колёсиками.
Циферблат медленно вращался, дужка задевала звёздочки, и те откликались весёлым звоном.

Зазвучала песенка:

– Динь-дон: звёздный звон!
Это явь, а не сон.
Тук-тук, тик-так…
Ты друг, не враг.
Что ж, друг, не зевай,
В царство звёздное ступай.
Все ступеньки сосчитай,
Только наперёд узнай:
Если в часики войти,
Сразу нет назад пути.
В чудо-сказку попадёшь,
Стрелкой цифры обойдёшь,
Ключик знаний обретёшь,
Верный ход часам вернёшь.
Тик-так, вот так.
Наш друг, не враг.
Динь-дон, решай!
Явь? Сон? Выбирай!

Что тут было выбирать? Путешествие, которое обещали звёздочки – оно же и есть её заветная мечта!Камилла со всех ног побежала вниз по лесенке. Разумеется, никаких ступенек она не считала! До того ли ей сейчас было, всего-то в нескольких шагах от мечты?К тому же, часы за спиной принялись отзванивать «Бооом, Бооом...» Надо было спешить, пока не закрылся Коридор! С двенадцатым ударом она успела протиснуться в загадочную дверь. Позади что-то бабахнуло, и в следующий миг на девочку обрушилась целая гора чего-то мягкого, светлого, яркого…


Глава 4. Звездочёт и чудо-в-ромашках

Это был очень важный для всех астрономов мира день, когда большие планеты выстраиваются в особой, редчайшей комбинации.
Звездочёт готовился к нему долгие годы. Древнее предсказание гласило, что именно сегодня он сможет отыскать того, кто сумеет спасти Страну Зодиака и восстановить Ход Времени.
Правда, предсказание было немного странным. Видавший виды Звездочёт никак не мог взять в толк, чем же такой избранник сможет помочь.
Дело в том, что из Книги Мудрости следовало, что Страну Зодиака сможет спасти – ромашка.
Да-да, цветок! Ромашка, которой, к тому же, должно быть ровно семь лет – ни днём больше, ни днём меньше.
(совершенно нелепое предсказание! Во всяком случае, в нашем Сказочном Архиве подобных историй больше не встречалось, уверяю вас!)
В тексте имелось едва заметное дополнение – один слог в названии цветка был добавлен другими чернилами. Но это ничуть не разъясняло указаний Книги Мудрости, а наоборот, ещё сильнее их запутывало.
Продолжая сомневаться в разумности предсказания, Звездочёт всё же выполнил все инструкции – провёл необходимые расчёты, отправил на поиски Летящую звезду Барнарда, приготовил Книгу Мудрости, и тут...
Тут явилась Марта, его внучка. Она уже сама прекрасно разбирается в звёздах и даже немного понимает Звёздную Азбуку Морзе. Характер у неё, ох, до чего упрямый! И в кого только?
– Ты не станешь встречать Избранника Предсказаний в затрапезном виде! – отрезала она и заставила деда сменить старую чрезвычайно удобную рабочую мантию на новую, чрезвычайно неудобную бархатную, с широченными рукавами, ещё и расшитую золотым узором.
– Я похож на скомороха! – протестовал Звездочёт, взмахивая руками. Но сопротивление было бесполезно – Марта самолично нахлобучила ему на голову высокий треугольный колпак взамен потрёпанной шапочки-таблетки. На ноги вместо старых башмаков Звездочёту пришлось надеть новые узорные тапочки с загнутыми кверху острыми носами, на которых болтались крохотные позолоченные бубенцы.
– У тебя характер... – недовольно вскричал дедушка, подбирая сравнение пообиднее, – как у... - он подбирал кандидатуру повреднее, – как у... – кандидатура не подбиралась, – как у... – вдруг он понял и удивлённо закончил:
– Как у меня!
Марта удовлетворённо кивнула, окинула деда оценивающим взглядом, ещё раз удовлетворённо кивнула и отправилась к своим плошкам-поварёшкам. Она готовила праздничный ужин. Имбирные пряники, пироги с грибами, Чудесный Хлеб, испечённый по сказочному рецепту. Любимые дедушкины лакомства – сегодня он её не переспорит!
Тут часы пробили нужное время, и Звездочёт ринулся к столу. Пора! Пора читать заклинание!
Книга Мудрости раскрыта на нужной странице. В хрустальном шаре кружатся крошечные галактики. Звездочёт, растягивая по слогам, как того требовала инструкция (написанная, разумеется, на латыни), громко прочёл:
– Сальватор Темпорис, вени! – что в переводе с латыни (Salvator Temporis, veni!) означает «спаситель времени, приди». И повторил:
– Вени, Ка-мо-мил-ла! – (Veni Ca-mo-mil-la!) что означает "приди, ромашка".
Под потолком раздался шелест, и на Звездочёта, как на популярного артиста в каком-нибудь цирке или театре, посыпались ЦВЕТЫ! Несколько десятков белоснежных ромашек с жёлтыми серединками.
Видавший виды Звездочёт не смутился. Он набрал воздуха в лёгкие и громогласно призвал второй раз:
– Ca-mo-mil-la!
В следующую секунду ему пришлось пригнуться. Из-под потолка низвергся поток ромашек. Они мгновенно сделали комнату похожей на заснеженную долину.
Нет, это просто чепуха какая-то, подумал видавший виды Звездочёт. А Летящая, где же она? Только бы бедняжка не заблудилась в Коридорах Времени!
Он громко позвал звёздочку и торжественно, насколько это было сейчас возможно, призвал избранника Предсказания в третий, заключительный раз:
– Ca-mo-mil-la!
Ливень из ромашек заслонил ему глаза. Они обрушились на комнату нескончаемым потоком. Падали на книги, сыпались на пол, валились прямо на горящие свечи. Звездочёт едва успевал смахивать их, чтобы не случилось пожара.
К счастью, всё обошлось, и сквозь шелест цветов до него долетело диньканье Летящей. Так-так, звёздочка вернулась. Но ромашка! Как обнаружить среди сотен одинаковых цветов ту самую, спасительную?
Ромашкопад, наконец, прекратился, и всё стихло.
Стихло ВСЁ.
Даже свечи больше не потрескивали капризно, а горели плавно и ровно, как никогда прежде.
Звездочёт не обратил на это внимания. Он устало рухнул в кресло.
– Это конец, – проговорил он. – В мире больше не осталось сказочной силы. И я ничего не могу исправить, ничего.
Он печально опустил голову. Но тут же испуганно вскинул её. Радостный детский крик чуть не оглушил его.
– Ура-а-а-! – отчаянно весело кричал... СТОГ ИЗ РОМАШЕК. – Сбыло-о-ось!
Звездочёт зажмурился. Потёр глаза кулаками и снова открыл их. И не поверил им. Натуральный ромашковый стог! С озорным детским личиком и двумя ручками. Стоит посреди комнаты, хлопает глазками и весело кричит:
– Урааа! Скааазка!
Видавший виды Звездочёт ошеломлённо проговорил:
– Вот тебе и Избранница Предсказания.
Летящая торжествующе воскликнула:
– Динь! – что на звёздной азбуке Море означает "Ура, я нашла её!"
А Марта... она ничего не сказала. Потому что в этот момент ставила в печь Волшебный Хлеб, а это такое дело, при котором охать, ахать, кричать и всячески  волноваться категории запрещено.


Глава 5. Ещё немного о ромашках

Камилла глядела на Звездочёта из груды цветов (вы ведь уже поняли, что это была она?). Вид у неё был самый счастливый. Улыбка до ушей. Глазки-щёлочки. А из них словно искры блещут!
Тут бы ей и вспомнить о правилах этикета (уж поверьте, это никогда не лишнее, а в данном случае было просто необходимо).
Но Камилла пребывала в таком радостном волнении, что совсем позабыла о правилах приличия. И вместо того, чтобы представиться или хотя бы поздороваться, она возбуждённо затараторила:
– Ой! Это же добрая сказка, да? А эльфы здесь есть, правда? А приключения будут, весёлые? А чудеса, сказочные? А вы волшебник? А где ваша волшебная палочка? А сказка уже началась или ещё впереди?
Видавший виды Звездочёт с подозрением вгляделся в непонятное существо и осторожно спросил:
– Вы... ты... кто?
Вот уж тут бы Камилле представиться (это избавило бы Звездочёта от лишних хлопот и волнений, а нас с вами от лишней главы, но я обещал рассказывать историю правдиво, так что слушайте, как всё было на самом деле).
Камилла весело и беззаботно заявила:
– Ой, да я и не знаю, кто я теперь! По-моему, сейчас я совсем не я, а просто какое-то чудо-юдо в ромашках. Какая-то ромашковая девочка!
И она рассмеялась. А смех у Камиллы, вы уже знаете, какой. Не было ещё случая, чтобы окружающие не заулыбались бы добродушно, услышав, как эта девочка смеётся!
Не было. И вот есть.
Звездочёт не улыбнулся. Звездочёт помрачнел.
Камилла окончательно выбралась из стога, и стало окончательно ясно – РЕБЁНОК. САМЫЙ ОБЫКНОВЕННЫЙ.
– Вот тебе и Camomilla, – пробормотал он и разочарованно сказал:
– Никакой я больше не волшебник. Всего лишь Звездочёт, – и чуть слышно добавил: – Никудышный.
– Ой, я же сразу так и подумала! То есть, не то, что вы никудышный... а наоборот, очень даже кудышный! То есть, ну, у вас такой наряд! Просто загляденье! Вот бы такой в школу на хэллоуин! Все бы умерли от зависти, какая красота!
Звездочёт поймал себя на том, что испытал секундную гордость за все эти нелепые обновки, и это его окончательно расстроило. А девочка всё не замолкала.
– Ох, я забыла, простите. Как невежливо получилось! Здравствуйте, меня зовут Ка... 
Она не успела договорить. В комнату буквально ворвалась Марта, в кухонном переднике, с острым ножом в руке. Отражения свечных огней весело плясали на лезвии.
– Где он?! – в радостном волнении вопрошала Марта и вдруг замерла, в изумлении уставившись на девочку.
– Ой! Неужели, это избранни...
– Конечно, нет! – раздражённо перебил Звездочёт. – Это обыкновенный ребёнок! Прошмыгнула за Летящей. Я ведь проверял. Ведь проверял же! Все дети в этот час должны были спать... сказку просит, сказку, видите ли!
– Ах, бедняжка! – Марта приблизилась к девочке. Огоньки на лезвии заплясали яростнее.
– Некому тебе почитать перед сном?
Камилла испуганно попятилась. Марта понимающе кивнула, сунула нож в карман передника и ласково спросила:
– У тебя, наверное, нет родителей?
Девочка недовольно свела брови.
– Есть у меня родители, и очень даже хорошие!
Но она тут же спохватилась и спросила с тревогой:
– Ой! А... это очень плохо, что у меня всё хорошо?
– Вот смешная! – улыбнулась Марта. – Что же может быть плохого в том, что у человека всё хорошо?
Камилла задумчиво ответила:
– Ну-у-у, во многих книгах дети попадают в сказку только, если у них что-нибудь в жизни плооохо... или ужааасно. А у меня всё обыкновенно. Я даже не рыжая. И веснушек у меня нет. Видите?
Марта рассмеялась и поглядела на дедушку. Тот вздохнул и устало заметил:
– Ну вот, докатились. Уже и дети ничего не смыслят в сказках. А ещё грезят о чудесах. Куда только твои родители смотрят? – сердито сказал он Камилле.
– Наверное, сны смотрят, – невозмутимо ответила малышка. – Сейчас ведь ночь.
– Вот именно! – еле сдерживаясь, сказал Звездочёт. – Ночь! Самая важная ночь в этом столетии. Времени для работы и так нет, а тут ещё тебя привели!
– Ти-дииинь! – пронзительно, как велосипедный звонок, взвилась Летящая. Звездочёт только раздражённо отмахнулся. Звёздочка обиженно угасла.
– Молчи уж, Летящая! – сердито посоветовал Звездочёт. – Тебе отдыхать, а я сиди, думай, как вернуть домой  незваных гостей!
Такой несправедливости Камилла вынести не могла.
– Как домой? За что? Как незваных? Почему? Вы же меня сами пригласили! – она показала на кармашек с медвежонком. – Вы и Бернарда звали!
– Я звал Летящую! – вскричал Звездочёт. – Летящую звезду Барнарда! И того, кто сможет спасти Страну Мерцающих Путей!
– Страна Мерцающих Путей? – мечтательно подхватила девочка (название звучало многообещающе). – Давайте, я туда отправлюсь! Я спасу её! Вот увидите, я смогу!
Звездочёт поднялся и направился к книжным стеллажам.
– Была б ты ромашкой, – проговорил он, пытаясь не выдать своего смущения, – отправил бы, не задумываясь. А поскольку ты всего лишь ребёнок, то сядь и жди...
Камилла обиженно посмотрела на раскиданные вокруг цветы. Хм, какой-то цветочек, какое-то несчастное растение может спасти волшебную страну, а она нет?! Она раскрыла рот, чтобы категорически заявить, что...
– И не болтай! – потребовал Звездочёт. 
Камилла закрыла рот и плюхнулась в кресло.
Звездочёт взобрался на стремянку, отыскал на полке нужную книгу, подал Марте.
– Глянь рукопись Альдора и Трактат о Временных Изломах. Параграф о Кротовых Норах. А я поищу в манускрипте Звёздных Сил и Откровении Создателя Миров. Надо быстро найти способ вернуть эту непутёвую мечтательницу домой, – он понизил голос до шёпота и угрожающе добавил: – Иначе Коридоры Времени сплетутся, и произойдёт катастрофа...
– Эх, если бы Волшебные Часы не спешили, – проговорила Марта. – Если бы они не спешили, деда, Коридор Времени был бы открыт ещё целую минуту, да?
– Спасительную минуту! – важно заявил Звездочёт, потрясая над головой указательным пальцем. – Минуту ОБРАТНОГО ВРЕМЕНИ!

 

Глава 6. И ещё немного о ромашках

Камилла сидела на стуле и болтала ногами.
Что же ещё делать, если никак иначе болтать не разрешается? Волшебники какие-то попались неправильные. В сказку не пускают.
Марта и Звездочёт перебирали старые записи и свитки. Вдруг Марта повернулась к Звездочёту.
– Деда, смотри, что тут написано! – она негромко прочла вслух: –
«Человечек с добрым сердцем,
С детской чистою душой
Восстановит шаг минутный,
И вернёт Часам покой».
– Я это помню, – отмахнулся Звездочёт. – Не отвлекайся. Ищи способ вернуть её домой.
– Да нет же, деда, ты не понял. Похоже, она и есть избранница предсказаний.
Звездочёт воззрился на Марту поверх очков и холодно сказал:
– Избранница предсказания? Ребёнок, ничего не смыслящий в чудесах? Чепуха! – он понизил голос и произнёс полушёпотом: – Т-с-с, она и так много знает, она может быть ЕГО шпионом…
– Маленький ребёнок? – с осуждением поглядела на него Марта. – Шпионом?
– Ты не знаешь детей, – отрезал Звездочёт. – Они бывают очень коварны.
– Ну деда, ну что ты говоришь?
– Вот ты такая же несносная, как эта девчонка! – вскричал Звездочёт. – Сама ещё ничего толком не понимаешь, а берёшься старика поучать!
– Я не поучаю, деда, но если…
Звездочёт не дал ей договорить. Он быстро обернулся к Камилле.
– Сколько ступенек? – требовательно спросил он. – Сколько было ступенек в Коридоре Времени?
Бедная девочка могла в ответ лишь пожать плечами. Ах, ну почему она не выполнила совет шарманки?
– Да-да, часы что-то пели об этом, – вспомнила она. – "Ты друг, не враг…" и ступеньки сосчитать, и ещё про ключики что-то... Но кто будет слушать песенки, когда на пороге сказка? Это же глупо!
Звездочёт обернулся к Марте, с победным видом разведя руки в стороны.
– Воооот! Глууупо! – повторил он немного издевательски.
– Но часы назвали её другом и пропустили к нам, – не отступала Марта.
Звездочёт захлопнул книгу с такой силой, что над ней вздыбилось облачко пыли.
– В Книге Мудрости ясно сказано «семилетняя ромашка» и никто иной! – воскликнул он, вскакивая.
Услышав эти слова, бедная Камилла уже не могла сдержаться. Она начала говорить, а начав, уже не могла остановиться.
– Мне как раз сегодня исполнилось семь лет. Как раз сегодня! Если бы папа с мамой знали, что от моего имени столько будет зависеть, они бы конечно назвали меня Ромашкой… да хоть кактусом! Хоть гортензией! – вдруг она вскочила на ноги и весело предложила: – А знаете что? Давайте переименуем меня в Ромашку, на время путешествия! А когда я спасу сказочную страну, снова стану Камиллой! Не ходить же всю жизнь Ромашкой! В школе задразнят!
Лицо Звездочёта вытянулось.
Он бросился к Книге Мудрости, склонился над текстом и победным голосом воскликнул:
– Камилла! Без этого лишнего слога получается…
Он повернулся к девочке. На глазах у него блестели слёзы счастья.
Глаза Камиллы тоже были полны слёз. Только это были слёзы горечи и обиды.
– Все попали в сказку, все! Оля попала в Страну Кривых Зеркал… Веснушка – в Страну Солнечных Зайчиков… Алиса даже в две страны успела попасть, а я что же... так и останусь... без скааазки?! Непутёооовая!
И она расплакалась (что случалось с ней чрезвычайно редко).
– Отставить рёв! – требовательно скомандовал Звездочёт и без промедления объявил:
– Ты отправляешься в Страну Мерцающих Путей, или, по-научному, Страну Зодиака!


Глава 7. В Страну Мерцающих Путей!

Звездочёт поставил Камиллу в центре комнаты и начал взволнованно объяснять:
– Четыре Стихии не могут больше сохранять равновесие! Огонь и Вода измучены, Земля и Воздух не находят покоя!
– Ага, – торопливо кивнула Камилла, не дав Звездочёту выдержать торжественную паузу. – А что делать-то надо?
Звездочёт свёл брови и продолжил объяснение в другом ключе:
– В Стране Мерцающих Путей есть Волшебные Часы…
– Которые спешат, я помню, – невольно перебила Камилла. Ей очень хотелось помочь Звездочёту с этими нудными и долгими разъяснениями, и она весело затрещала:
– Что там нужно сделать? Колёсики подкрутить? Гирьки подтянуть? Стрелки передвинуть? Там есть цепи, как в наших часах? Может, они электронные? А батарейку дадите?
Звездочёт нахмурился. Сомкнутые за спиной руки сжались так, что захрустели костяшки. Но он был видавшим виды учёным, привыкшим к спорам и дебатам. Научная выправка помогла ему не лопнуть от гнева.
– Волшебные Часы устроены совершенно иначе, чем ты можешь себе представить, – проговорил он.
– В таком случае мне вовсе ни к чему тратить время на изучение часовых механизмов, – просто ответила Камилла и продолжила верещать. – В волшебной стране эти знания всё равно не пригодятся. Вы просто скажите, что там главное? А то папа как-то попытался объяснить мне про наши старинные часы, но не сумел. Взрослые по-моему вообще не умеют толково объяснять сложные вещи... да и простые тоже.
Звездочёт побагровел, надул щёки и выдохнул с такой силой, будто хотел выдуть из бороды невидимых крошечных эльфов. Затем произнёс:
– Центром часов является Дерево Времени...
– А дерево какой породы? – быстро спросила девочка с видом знатока: – Липа? Ольха? Берёза? Дуб?
Марта уже с минуту испуганно глядела на дедушку, и сейчас осторожно подсказала:
– Это сказочное дерево, Камиллочка. Оно похоже на перо Жар-птицы.
– А-а-а, ну тогда и про дерево рассказывать бесполезно! – отмахнулась Камилла. – Жар-птицу во всех книжках по-разному рисуют. Как будто её сотни видов! А это же не так. Она же одна единственная. Значит, все эти художники её в глаза не видели. А сами рисуют! Вот я доберусь до этого вашего дерева, и нарисую!
Не подумай, дорогой читатель, что Камилла относилась к путешествию легкомысленно. Как раз наоборот, она до такой степени разволновалась, что никак не могла утихомирить своё сердечко, которое словно бы подгоняло её в Сказочный Путь. Мысли носились в голове, налетая друг на дружку, как первоклашки на перемене.
Звездочёт вздохнул и задумчиво проговорил:
– В Стране Зодиака беспечность может обернуться бедой.
Тут Камилла радостно подпрыгнула и, взмахнув ладошками, заверила:
– Как раз на этот счёт вы можете совершенно не беспокоиться! Я даже не знаю, что такое эта ваша беспечность! Так что ЭТА беда мне не грозит, – она похлопала глазками и спросила: – Есть ещё какие-нибудь инструкции?
– Есть инструкции, есть! – гневно вскричал Звездочёт и топнул ногой так, что крохотные бубенцы на тапках чуть не лопнули от звона.
– В Стране Мерцающих Путей надо быть ОЧЕНЬ ОЧЕНЬ внимательной! И относиться ко всему ОЧЕНЬ ОЧЕНЬ серьёзно! И ОЧЕНЬ ОЧЕНЬ ответственно!
– Ну, это понятно, – чересчур торопливо, весьма безответственно и совершенно легкомысленно махнула ладошкой девочка.
Звездочёт схватился за голову. Он больше не кричал, а, скорее, хрипел:
– В Зодиаке всё непонятно, всё! Волшебство ведёт тебя загадочными тропами по особенным путям, – он наклонился к Камилле и сказал: – И только от тебя, слышишь, только от тебя зависит, какими будут эти Пути!
– Ну ясно, – преспокойно кивнула девочка. – Как в любой настольной игре. Есть правила, но, как правило, эти правила совершенно никому не понятны. Зачем только их пишут на картонных коробках? Надо ввести правило, чтобы там не разъясняли никаких правил!
Звездочёт беспомощно взмахнул руками. Но вдруг взгляд его повеселел, и он повернулся к Марте.
– Сейчас начало октября! Первым будет Королевство Опаловой Зари. Пусть учится на практике!
Марта попыталась остановить его.
– Но деда, а вдруг она не справится?
– Другого выхода нет, – отрезал он и добавил: – Чем быстрее она отправится в ПУТЬ, тем лучше для неё. И для всех!
Камилла захлопала в ладоши и принялась подпрыгивать, кружась вокруг себя и весело напевая:
В сказку скорее!
В сказку скорее!
Сбылась заветная мечта!
Мечта заветная сбылась!
Заря Опаловая ждёт,
Иду я в сказочный поход!


Звездочёт покачал головой, тяжело вздохнул, велел Камилле стать ровно и не дёргаться. Девочка замерла, как стойкий оловянный солдатик. Марта обняла её и пожелала удачи.
В этот момент Летящая звезда незамеченной проскочила в кармашек, где сидел медвежонок.
– Запомни, – чуть погодя, обратился Звездочёт к Камилле. – Твоё первое задание: найти Зал Времени.
Девочка закивала так яростно, будто её голова держалась на пружинах. Звездочёт снова укоризненно покачал головой и начал читать грозным и торжественным голосом:

Через Тропик Козерога
Пусть ведёт тебя дорога.
По спирали звёздного союза
Проведи её, космическая муза!
О, Урания, раскрой перед Камиллой
Тайные ворота Зодиака!
И верни её обратно в нужный час,
Целой, невредимой – через Тропик Рака…


Густой туман окутал заваленную ромашками библиотеку. Он поглотил уходящие под потолок шкафы, огни свечей, девочку, Звездочёта, Марту.
А когда развеялся, Камиллы в комнате не было.
Марта всплеснула руками. Но не потому, что девочка исчезла. Просто она вспомнила про чудесный Хлеб, который стоит в печи, и умчалась на кухню.
А Звездочёт тихонько позвал Летящую. Та не откликалась.
– Ну не обижайся, Летящая, – позвал он ещё раз, виновато потупив взгляд. – Прости, я был неправ. Ты настоящая умница! Похоже, ты действительно отыскала избранницу Предсказания. Я-то, старый осёл, варил разные зелья из ромашек. В ботанику погрузился. Соцветия, пестики, тычинки...
Он обвёл взглядом комнату.
– Ай-яй-яй, стыдно-то как! Похоже, я сам разучился верить в чудеса. Привык к ним, понимаешь? А к чудесам привыкать нельзя! Но ничего, я исправлюсь. Вот увидишь, летящая. Надо только принять решение!
Он вдруг повеселел.
– Решено! С этой минуты я ВЕРЮ, что малышка справится!
Эээ нет, одних слов было недостаточно. Звездочёт тут же почувствовал, что уже теряет веру.
– Действовать! – воскликнул он. – Нужно действовать! Помочь девочке! Зря я что ли Звездочёт? Обращусь к Звёздам и Стихиям!
И он с новой силой погрузился в свитки и фолианты.
А Летящая так и не откликнулась. Мы-то с вами знаем, почему.

Глава 8. Бернард разговорился

Туман вокруг Камиллы развеялся, и она обнаружила, что несётся по небу в чудесных санях из самоцветов. Сиденье, узорная спинка, перила, даже полозья, рассекающие ночное небо – всё из разноцветных изумрудов, топазов, рубинов. След от полозьев рассыпался позади сверкающей россыпью.
А впереди приглушённо мерцало полотно Млечного Пути.
– Как красиво, – восторженно прошептала девочка.
Вдруг ...
– Апчхи! – раздалось совсем рядом.
Она огляделась. Никого.
– Наверное, это мои мысли звучат, – негромко сказала она вслух. – Вероятно, в космосе так бывает. Интересно, дома это пройдёт? Хорошо бы так и осталось. Тогда я смогу не разговаривать, а просто думать. Люди сами будут слушать мои мысли и понимать без слов. И мне наконец-то перестанут говорить, что от моего голоса звенит в ушах. Вот здорово!
– Умора! – хихикнул голосок. – Мысли звучат, надо же такое придумать!
Камилла снова огляделась. Ну правда же, никого.
– Да я здесь, в кармане, – сообщил голосок, и Камилла опустила глаза.
Её взгляд встретился с озорным взглядом... Бернарда.
– Ой! – удивлённо ойкнула девочка, вытаскивая игрушку за лапку. – Он разговаривает!
– Ооосторожно, не урони, – предупреждал медвежонок плюшевым ртом, пока его крутили и переворачивали вверх тормашками.
– Где ж у него кнопка? – деловито приговаривала Камилла. – Почему ты раньше-то молчал?
– Нет у меня кнопки! Ай! Ну хватит. Переверни меня обратно.
– Нет кнопки, – задумчиво повторила Камилла и легонько ткнула Бернарда в животик. – А если его разобрать?
– Нельзя меня разбирать! – возмутился медвежонок. – Я живой! Понимаешь ты? Жи-вой! Что за дети пошли? Живого от игрушечного отличить не могут, а ещё в сказку собралась!
Вдруг – Камилла не успела ничего сообразить – сани накренились и ускорили ход. Они стремительно приближались к большой сияющей планете.
– Осторожно! – вскричал Бернард. – Ты же меня уронишь!
Камилла и вправду чуть не выронила его. Тут сани с хрустальным звоном рассыпались, и  Камилла полетела вниз.
И Бернард полетел вниз.
Летящая, притаившись в кармашке, тоже летела вниз.

Позади прозвучал торжественный голос Звездочёта:

О, звезда, Эль-Хамали,

Мы с добром сюда пришли.

О, звезда Эль-Генуби,

На пороге не губи!