Глава 21. Чьи же это зубки?

Золотые шпили городских башен красовались над городом резными флюгерами. Ветер раскручивал флюгера, как детские вертушки. Башенку на доме Лучника венчала золотая стрела. Наконечником ей служило аметистовое сердечко. В ветреную погоду сердечко крутилось над городом, разбрызгивая салют из солнечных зайчиков. Поэтому ветер здесь любили. А вот чего здесь не любили, так это сидеть на месте, скучать и грустить.
Однако, уже неделю Лучник грустил. Вот и сегодня он сидел на мраморных ступенях у входа в Витражный Зал с очень печальным лицом. Он не мог починить разрушенный ураганом Пояс Молний. Стрелы лежали в центре зала, как сучья в костре. Никому из жителей Королевства нельзя было дотрагиваться до них, такое на стрелах лежало заклятие до скончания времён.
– Ещё немного, и молнии совсем перестанут слушаться людей, – мрачно говорил Лучник. – Ничего не могу придумать, никакого выхода. 
Тут к нему и подбежала Камилла.
– Выход всегда есть! – уверенно сообщила она. – Вы разве не знаете Второго Закона Зодиака? С вами не может случиться ничего такого, с чем…
– С чем я не мог бы справиться. Знаю, – раздражённо ответил Лучник. – Но из ЭТОГО лабиринта выхода нет. Он забит, заколочен, завален, замурован намертво!
Камилла на секунду задумалась и бойко предложила:
– Тогда можно выйти через вход!
Лучник воскликнул:
– Ты не понимаешь! Наше Королевство пропадёт, если не восстановить Пояс Молний! А его никто не может восстановить.
– Я могу! – весело предложила Камилла.
Лучник только отмахнулся.
– Жителям Королевства нельзя дотрагиваться до стрел. Такое на них лежит заклятие.
– Так я не местная! – весело заявила девочка.
Лучник посмотрел на неё с подозрением и спросил:
– А какие у тебя отметки по геометрии? Ты разбираешься в теории Золотого Сечения? Можешь построить октаэдр и додекаэдр?
Камилла чуть нахмурилась и, немного погодя, сказала:
– Нет, этого я не умею. Геометрию мы ещё не проходили. Зато мне известен один секрет!
Лучник хотел было снова отмахнуться, но разве отмахнешься от этой резвой девчушки. Если уж она решила что-то рассказать, то непременно расскажет!
– Только вот мы не знаем, чей хвостик должно укусить чудище. Не знаем, как его зовут! – с сожалением всплеснула руками Камилла, передав слова Саламандры.
– А я знаю! – неожиданно весело воскликнул Лучник. 
Он молнией взлетел по ступеням, вбежал в Витражный Зал и остановился перед кучей стрел.
– Выползай, Уроборос, и кусай свой острый хвост! - крикнул прямо в нагромождение стрел.
Одна из них зашевелилась, растеклась золотой ртутью и заструилась по полу, превращаясь в змейку. Сверкнули острые зубки, блеснул раздвоенный язычок, и змейка впилась в собственный хвостик. Бернард расхохотался.
– Ха-ха-ха! Это его-то следовало опасаться? Тоже мне, Чингачгук!
Лучник отдал Уроборосу следующий приказ:
– Бесконечностью сложись, оберегом обернись!
Змейка закружилась кольцом, изогнулась восьмёркой, снова разогнулась и застыла в виде браслета. Лучник поднял его и протянул Камилле.
– Это убережёт тебя от стрел. Ветер неспроста дал тебе такую подсказку. Надень на руку, и тебе не будет вреда от искр.
Камилла надела браслет-Уроборос и принялась разглядывать стрелы.
– Третий Закон Зодиака тебе в помощь! – весело предложил Лучник.
– А что, есть и третий? – удивилась девочка.
– А как же? Он гласит :
Каждая вещь обладает волшебной силой, и чтобы эта сила сработала, нужно…
– Знать заклинания?! – сгорая от любопытства, договорила Камилла.
Лучник отрицательно качнул головой, и продолжил:
– Нужно обращаться с ней бережно…
– Бережно? И это всё? - разочарованно молвила девочка.
Признаться, Камилла ожидала более загадочных пояснений – какого-нибудь таинственного слова или магического рецепта. Но Лучник мягко улыбнулся и пояснил:
– Бережно, значит, с любовью. Надо быть добрым и внимательным. Как будто встретил старого друга. Или нашёл затерянную давным-давно любимую игрушку, – его голос стал ещё мягче, и он добавил: – Только тогда вещь оживёт и явит свою чудодейственную, истинную природу! Ведь и человек расцветает только в доброте и любви. А без них он чахнет.
Камилла помолчала немного и сказала задумчиво:
– Кажется, я поняла. Чтобы вещь стала волшебной, нужно обращаться с ней... как с волшебной, – с придыханием договорила она и вопросительно поглядела на Лучника.
– Как с волшебной, – одобрительно кивнул он в ответ и неспешно указал на стрелы.

 

Глава 22. Фейерверк и пояс молний

 

Камилла смотрела на стрелы. Давний друг? Любимая игрушка? А что! Если бы у неё была такая игрушка, она бы построила из этих стрел...
Вмиг воображение нарисовало чудесную страну, только очень маленькую - вся-то она поместилась в камиллиной комнате! И вся блистала золотым отливом!
Стройные башни выросли чуть не до потолка. Железная дорога с золотыми шпалами и рельсами пролегла через стол и кровать. Высокие мостики перекинулись дугой через перила кресел и подставку для книг. А над ними кружил маленький самолётик. Его пропеллер, конечно же, золотой, сеял радужные искры. А золотые стрелки на башенных часах имели на краю аметистовые сердечки.
Комната наполнилась огнями! Паровозик выпустил струйку дыма. Машинист-Бернард потянул ручку. «Ту-ту-у-у!» – весело заливался паровозный гудок. «Ту-ту-у-у!»
Картинка растаяла, и Камилла вновь очутилась в Витражном Зале. Она с улыбкой посмотрела на золотые стрелы. Конечно, у неё всё получится! За работу! 
Первым делом они с Бернардом разложили стрелы в шесть рядов, как велел свиток. Оказалось, что стрелы имеют разную длину. В первый ряд отправились три стрелы. Во второй – четыре. В третий шесть. Затем восемь, десять и двенадцать.
Стрелы в первом ряду были самые короткие. Что бы вы из них сложили? Правильно – только треугольник. Так и сделала Камилла.
Вдруг из углов треугольника потянулись вверх три золотых луча. Они клонились друг к другу. Пересеклись и крепко сцепились. Теперь перед друзьями лежала пирамида с прозрачными сторонами и золотыми гранями.
– У вас получается, – радостно прошептал Лучник.
Стрелы из следующего ряда сложились в квадрат (вокруг треугольника).
Из четырёх углов потянулись лучи. От них них ещё по два луча. И вскоре вокруг пирамиды возник куб. Дальше был выложен шестигранник. Он оброс многими гранями и превратился в шарообразную фигуру. Затем восьмигранник и остальные фигуры. Многогранники из последних рядов Камилла выкладывала, бегая вокруг растущих и светящихся шаров. Едва лучи последних граней сомкнулись, фигуры пришли в движение и начали вращаться одна внутри другой, разбрасывая горящие искры. Точно бенгальский огонь!
Бернард отскочил в сторону - горячие искры чуть не подпалили его плюшевую шкурку. Камилла подняла медвежонка, и они вместе заворожённо наблюдали, как прозрачный кристалл – обновлённый Пояс Молний – кружится и играет полупрозрачными гранями.
– Это и есть Пояс молний? – прокричала девочка, перекрикивая волшебный фейерверк.
Лучник кивнул, счастливо улыбаясь. Он уже насчитал 168 признаков Золотого Сечения, а значит, Королевство спасено!

 

 

 

 

 

 

 

Глава 23. Сожжённая дорога

Фейерверк стал искрить тише и ровнее, когда балконные двери Витражного Зала распахнулись.
С широкой террасы было видно следующее Королевство. Оно начиналось за оврагом таким глубоким, что впору назвать его пропастью. И там, на противоположной стороне мерцала серебристая тропинка!
– Мой Путь! Но как же я туда попаду? – обеспокоенно вскрикнула Камилла.
Дзынь!
Над пропастью сверкнул ключик с аметистовой вставкой.
– Мой ключик! Но как его достать? – воскликнула Камилла.
Лучник наклонился к её руке и произнёс:


– Ты помог, Уроборос,
Больше нет безумных гроз.
Отпусти немедля хвост!
Превратись в надёжный мост!


Змейка послушно расцепила зубки, вытянулась и обернулась золотой стрелой. Лучник взял лук, натянул тетиву и пустил Уробороса на другой край ущелья. Та полетела, оставляя за собой расплывчатый желтоватый след. К удивлению наших друзей, след не тускнел, а опустился прямо на серебристую тропку. Прозрачный мостик, без перил и страховки...
– Это вы называете надежным? – удивлённо спросила девочка.
Лучник схватил горсть искорок, которые разбегались от крутящегося кристалла и плеснул их на мостик. Тоненькие линии побежали, быстро дорисовывая перила и расчерчивая прозрачную полосу. Теперь мостик выглядел вполне достоверно.
– Быстрее! – поторопил Лучник. – Смотри на ключ и ни за что не оборачивайся! Прочность моста недолговечна, но раз тебе выпал этот путь, он тебе по плечу! Вперёд!
И наша героиня шагнула на волшебную дорогу.
– Только ни за что не оборачивайся! – напомнил Лучник строго.
Камилла осторожно приближалась к ключику, но тот отплывал с каждым её шагом. Мостик пружинил под ногами.
Поблизости то там, то тут вспыхивали небольшие молнии.
Одна из них стрельнула совсем рядом, и девочка покачнулась. Ну как тут не воспользоваться случаем и не глянуть назад? Нет-нет, Камилла этого не сделала!
Это сделал Бернард. И тут же пожалел о своём любопытстве.
Мостик позади торопливо обгорал, осыпаясь в ущелье золотым пеплом.
Карауууууул! закричал Бернард.
Гориииииим! закричал он.
Но он был умным медвежонком, поэтому прокричал он всё это про себя, крепко зажав лапками рот.
Нельзя сейчас пугать Камиллу!
К тому же, из Витражного Зала им вслед звучала такая песенка:

– За спиной сжигаешь ложные мосты.
Пусть никто не будет в том виноват.
Будешь дальше ты идти по пути,
Не оглядывайся только назад.
Стрелы-молнии летят, вот напасть,
Норовят тебя запутать, спугнуть.
Ох, непросто без страховки над бездной шагать,
В пропасть с узенькой тропы не свернуть.
Ты идёшь, а стрелы сыпят там и тут.
Как же, друг, не оступиться, не пропасть,
Но ведь ложные мосты отведут…
Отведут путём обратным
К чёрту – в пасть!


Наконец, нога Камиллы ступила на землю, ключик оказался у неё в руках, и тут уж Бернард разжал лапки и закричал, что было сил:
– Караууул! Гориииим! Мост исчезает!
(ах, какое счастье, что он сдержался над ущельем! Какое счастье, что Камилла не оглянулась по пути! Похоже, она начинает усваивать Законы Зодиака)
Узнав про то, что мостик обгорал всего в паре шагов от её ног, Камилла поблагодарила медвежонка за умение держать язык за зубами, помахала на прощанье Лучнику, повязала ключик на ленточку и зашагала вперёд по своей, вновь надёжной и твёрдой тропинке.
А позади, в Королевстве Аметистовых Молний нарастал радостный жужжащий звон. Это вновь заработали ловушки для громов и молний. Люди выходили на улицы и радостно глядели в небо.
Они бы радовались ещё сильнее, если бы знали, что в глубине Страны Мерцающих Путей развернулся и налился теплотой первый лепесток Стихии Огня.

Королевство Аметистовых Молний

 

"Альрами, ворота для Стрельца!
Вечность без начала и конца.
Помоги же не упасть в овраг!
Пусть венчает мостик третий шаг"

 

Над этим Королевством чаще, чем где-либо в Стране Мерцающих Путей, вспыхивали острые жгучие молнии. Может быть, именно поэтому жители Королевства были самыми искусными укротителями молний, а может, потому, что им покровительствовало Созвездие Стрельца. Даже десятилетний ребёнок мог с ловкостью схватить огненную стрелу за хвост и скрутить её в дугу (конечно, предварительно надев защитные перчатки и шлем). Затем из молнии аккуратно выцеживали свет и тепло. А грохочущими громами набивали тугие барабаны. Узорные флюгеры крутились и вертелись здесь на каждой крыше, предупреждая горожан о надвигающихся грозах.
С незапамятных времён в Витражном Зале Королевского Дворца хранилась удивительная реликвия – огромный прозрачный кристалл, каждая грань которого состояла из волшебных золотых стрел и искрилась, как бенгальский огонь. Его называли Пояс Молний. Поговаривали, что он содержит тысячи формул и заключает в себе всю мудрость сложнейших математических теорий.
Но однажды промчавшийся над Королевством ураган, каких прежде не видывали в этих краях, распахнул высокие балконные двери Витражного Зала, и порыв ветра смёл волшебный кристалл, превратив его в кучу золотых стрел.

Глава 19. Особое приглашение

Светлый Туннель вывел маленьких путешественников на залитую солнцем поляну. Первым делом девочка достала свиток. Новый текст гласил:

 


Стрелы лягут в шесть рядов,
И волшебный шар готов.
Пояс Молний собери,
Веселей на жизнь смотри! 



– Вот это мне нравится, – заявил Бернард. – Я готов смотреть на жизнь веселее!
Впереди сверкнула серебристая тропинка. Ура! Теперь и Камилла улыбнулась. Тропинка вела в берёзовую рощу. Как раз оттуда навстречу важно ступал Белый Конь.
– Все на концерт! Весёлый концерт! – воскликнул он, завидев девочку. – А тебе что, нужно особое приглашение? Хорошо, сейчас будет особое.
Он проскакал по кругу, резко затормозил, согнув передние ноги, склонил голову и торжественно воскликнул:
– Особо приглашаю посетить наш весёлый концерт! Ну же, – добавил он чуть тише, – поехали, представление вот-вот начнётся.
Камилла улыбнулась. Весёлый концерт был сейчас очень кстати, ведь свиток требовал от неё смотреть на жизнь веселее. Значит, ничего безответственного в этом нет. И уж это ей точно по силам! Она послушно взобралась на спину Коня, и тот степенно направился по тропинке.
– Ура, – вдохновенно говорил Конь, – вот просто-таки ура! А то все взяли за обыкновение грустить. Даже особое приглашение не всегда действует. А как же, как, я тебя спрашиваю, дарить радость, если все вокруг грустят? Или вот ещё бывает… соберётся бестолковая публика и начинает… стыдно сказать… они это называют «ржать», да ещё говорят «глупо ржать». Ты представляешь себе, насколько это для нашей лошадиной братии обидно? Разве мы ржём глупо?
Говоря это, он вышел на поляну, в центре которой возвышалась деревянная эстрада с полукруглым навесом. Солнце здесь сверкало так ярко, что серебристая тропка потонула в его лучах, и как Камилла ни высматривала её, так и не смогла разглядеть. Конь направился к эстраде. На сцене восседал Тигр, а на скамеечке перед ним расположилась Саламандра. Спустившись на землю, Камилла села рядом с Саламандрой и слегка поклонилась в знак приветствия. Саламандра удовлетворённо заметила:
– Сегодня у нас воспитанная публика, сегодня партер не будет глупо ржать, – она вздрогнула и виновато посмотрела на Коня, прикрыв лапкой рот. – Ой, прости, друг! Эти привязчивые бестолковые слова, будь они неладны!
– Да ладно, пустяки, – мельком глянув на девочку, проговорил Конь и добавил: – Да я и не обиделся.
– Это самое ужасное! – воскликнула Саламандра. – Мы привыкаем к невежеству! Надо бороться с ним, искоренять на корню! – она встала на задние лапки и выпалила: – Начинаем культурно-просветительское мероприятие во имя процветания и просвещения культуры!
Все застыли в ожидании.

 

Глава 20. Весёлый концерт и огненная подсказка

Первым выступил Тигр. Он продекламировал стихотворение:

– Золотое сечение стрелами
Проникает сквозь занавес туч.
Это Зевс, он силён и могуч,
Но совсем не справляется с нервами.
То напиток не тот подадут,
То остывшие круассаны.
Зевс хватает огненный луч
И швыряет, куда попало!
Луч сверкает электричеством,
Он вонзается и в землю, и в моря,
Он заряжен таким количеством,
Что боятся его не зря…
Только Зевс буянит напрасно.
Мы возьмем громоотвод, вот.
И на крышу водрузим. С ним
Нам не страшно электричество
Ни в каких его количествах!
А в морях? В море грозы переждём
На якорях.


Все захлопали, а Саламандра сузила глазки и обратилась к Тигру:
– Скажите, любезнейший, а вот это вот место про «занавес туч». Что вы подразумеваете под занавесом? На что вы намекаете?
– Я ни на что не намекаю, – растерялся Тигр, – облачно, значит, было.
– А вот эта едкая ирония, – не унималась Саламандра, – я бы даже сказала, сарказм в отношении вышестоящих лиц. Круассаны остывшие, нервы… Вы понимаете, как это может быть истолковано?
– Кем? – не понял Тигр.
– Им, – шёпотом ответила Саламандра, показав тонким пальчиком вверх. – Им самим! Верховно-главноглавенствующим! Зевсом!
Тигр принялся объяснять, что ничего такого он не подразумевал, и никого не хотел задеть, но Саламандра в ответ лишь недоверчиво покачивала головой, а потом объявила:
– Ну хорошо. Теперь выступает Конь! Прошу вас, дружище. У вас, помнится, сказка?
Конь кивнул, взошёл на эстраду и принялся с выражением рассказывать:
– Жили-были дед да баба.
И была у них курочка Ряба.
Снесла как-то курочка яичко, большое-пребольшое.
И вылупились из него медведь и серый волк.
Появились на белый свет, и как принялись все в избе крушить-ломать, всё-всё разломали.
Рассердились дед да баба и прогнали курочку Рябу, чтоб не несла больше таких больших яиц.
Сказка была окончена. Конь ждал аплодисментов. Зрители похлопали и посмотрели на Камиллу, ожидая её оценки.
– М-м, интересная сказка,  но немного странная, – сказала девочка.
– Это новая интерпретация, – промолвил Конь.
Саламандра активно поддержала его:
– Новое прочтение старой истории, это так модно! Это гениально! Оригинально! Смело, неожиданно! Какой поворот событий, какая экспрессия, какая мощь, какая… какая…
– Чушь, – подсказал Бернард.
– Какая чушь! – невольно повторила Саламандра, и тут же сердито обернулась к медвежонку. – Что? Как вы смеете? Вы ничего не понимаете в искусстве! Сами-то вы что можете предъявить? – запальчиво спросила она.
– Хм, – хмыкнул Бернард и сказал: – Я предлагаю не тратить время попусту, а построить волшебный шар.
Тигр, Конь и Саламандра переглянулись и начали предлагать наперебой:
– О, да! Воздушный шар! Кругосветный полёт! Будем давать концерты  с неба и разбрасывать детям конфеты и печенья! – предлагал Тигр.
– Лучше корабль! Построим корабль и отправимся в плавание! Открывать новые сказочные земли и наносить их на глобус сказочного мира! – предложил Конь.
– Построим гигантский шар, заберёмся внутрь и покатим его, и так пропутешествуем по всем мирам! Будем собирать народные сказания и составим энциклопедию неизученных племён! – подпрыгивая на коротких лапках, выкрикивала Саламандра.
Камилла привстала, собираясь уйти. Концерт и до этого не казался ей таким уж весёлым, а теперь и вовсе перестал походить на концерт. Но звери тут же замолчали и внимательно посмотрели на неё.
– Мне пора, – извиняясь, сказала она. – Мне ещё нужно успеть разложить стрелы и собрать Пояс Молний, у меня нет времени на  другие прекрасные путешествия.
Она встала и неуверенно огляделась, её тропинки всё ещё не было видно. Звери тоже притихли. Конь и Тигр посмотрели на Саламандру и потребовали:
– Расскажи ей, расскажи. Это же про неё!
– Хорошо. Так вот, нынче на рассвете, – протяжно начала Саламандра, – нежась в язычках пламени угасающего костра, я услышала голос своего друга, Огня. Обычно он молча обнимает меня горящими лепестками, и греет до утра, и засыпает в тишине. Но сегодня он очень чётко повторил послание и велел передать его тому, кто придёт чинить Пояс Молний! Вот...
Саламандра задрала носик и, выпучив глаза, произнесла следующее:

Зуб его колюч, как жало сотен пчёл,
Язычок жгуч, удар хвоста тяжёл.
До чего хитёр, трудно победить,
Но вели ему хвостик укусить,
Собственные зубки накрепко сцепить,
Вот тогда никак не сможет навредить,
Станет оберегом от меня хранить.
Если знаешь имя, сможешь усмирить!


– И как же звучит его имя? – спросила Камилла.
Саламандра пожала плечами.
– Этого Огонь не успел сказать. Но ответ может знать Лучник. Он потомственный хранитель Пояса Молний.
Все согласились и вместе двинулись в путь. Камилла ехала верхом на Коне, а Саламандру приютил на загривке Тигр. Саламандра весело пела. песенку. А Конь и Тигр дружно подпевали.

Огненное пространство,
Яростно пламеней!
Сказочное убранство,
Царство живых огней!
Видишь, как даль светлеет,
Как серебрится луч,
Как грандиозно реет
Занавес рыжих туч?
Нас не смущают громы,
И не спугнет пожар!
Нам не сидится дома,
Строим волшебный шар.
За горизонт направим
Взгляды свои, туда,
Где против всяких правил
Праздник царит всегда.
Где перед каждым домом
Молнии там и тут,
Где торжествуют громы,
И в барабаны бьют.
Грозы вовсю грохочут,
Молнии тут и там!
Тум-турурум-турурум!
Там-тарарам-там-там!


Вскоре впереди блеснула серебристая тропинка в столицу Королевства.

©Симург 2014. Шахри Даниялова